– Владимир Ростиславович, если кратко охарактеризовать Ваши политические настроения, это политический оптимизм или пессимизм?

– Конечно, оптимизм. Декабрь дал много поводов для политического оптимизма. То, что общество не безразлично к окружающей жизни, политике – это очень хорошо.

Весь негатив, который был вокруг протестов – нацисты, полусумасшедшие либералы и прочее – все было и раньше. Но сейчас на сцену выходит средний класс, и хорошо, что ему не все равно, что происходит.

Недавно я встречался с двумя институтскими друзьями – они настолько в бизнесе и так далеки от политики, что, представьте, не понимают разницу между “Единой Россией” и КПРФ. Но оба были на митингах – приезжали туда на своих Рэндж Роверах. Они принадлежат к самому лояльному классу, но говорят: “Да, мы голосовать будем за Путина, больше не за кого. Но, типа, не надо к нам так относиться, что за рокировочки? Так не по-человечески. Вы нам объясните, что происходит-то?!”

Появилось гражданское общество – слава Богу! Радоваться надо. Появилось оно, кстати, в результате деятельности той самой «кровавой путинской гэбни». Дальше надо с ним взаимодействовать, слышать его. Гораздо хуже было бы, если бы всем было все равно, а митинги проходили бы в форме “булыжником в омоновцев”.

Партии мельчают

– Президент предложил разрешить создавать небольшие партии – от 500 человек. Почему только сейчас? Почему нельзя было разрешить создавать такие партии раньше?

– В целом предложение умельчать партии очень правильное. Важно не переусердствовать.

Сначала идея была – поднять планку, чтобы не было партий наподобие “Любителей пива”, и эта планка была сильно завышена. А теперь другая крайность – планка крайне снижена. Не факт, что это здорово. Может быть, предполагают, что таким образом будет раздроблена оппозиция: пусть будет отдельная партия Навального, партия Немцова, партия Белова, партия Яшина и т.д. – чтобы они переругались и размежевались.

Мне оптимальной кажется какая-то промежуточная ситуация, скажем, партия, имеющая 10 000 членов и отделения, предположим, в половине регионов. Такая достаточно солидная, но и не супермассовая организация получает возможность зарегистрироваться.

Как стать депутатом

– В своей программной статье в «Известиях» вы предлагаете подождать 10 лет до перехода к одномандатным выборам, почему?

– Политика – это искусство возможного. Госдума уже избрана. Делегитимизировать Думу нельзя, просто с точки зрения стабильности в стране она должна отработать положенное ей время.

Если сразу объявить о том, что следующая Дума будет полностью одномандатной, это будет сильный удар по имеющимся партиям: они еще не настолько окрепли. У них может начаться раздробление, кто-то побежит вправо, кто-то влево.

Конечно, оптимальной является ситуация, когда все выборы «одномандатные». Серьезные, представленные в ГД партии имеют преференции в выдвижении. Тогда кандидаты в депутаты выдвигаются без залога: предполагается, что кандидат не просто один такой красивый, богатый, а за ним есть группа единомышленников, которые его поддерживают, и делают более прозрачным, более понятным этого человека.

А если вы «самовыдвиженец», тогда вносите избирательный залог, три миллиона рублей, например.

Такая ситуация была, кстати, в Древнем Риме. В большинстве римских полисов того времени гражданин, претендовавший на выборную должность, до выборов был обязан, чтобы, по-нашему, быть зарегистрированным, сделать городу подарок. Фонтан построить, памятник, общественную баню, организовать гладиаторские игры. Кандидатов много, избирают одного, а полису большой прибыток от выборов – каждый раз город улучшается. И заодно это — объективный имущественный ценз. Мне кажется, что у древних зачастую было больше здравого смысла, чем у нас сейчас.

– А если человек бедный?

– Пожалуйста, через партию. Бедный – работай в партийной организации. Хочешь – иди в “зеленые”, не хочешь – в “красные”. Главное, чтобы не в “коричневые”.

Кто в России не ворует?

– Один из главных пунктов недовольства современной ситуацией в стране – это недовольство колоссальным распилом и разворовыванием, коррупцией. А что вы думаете об этом?

– С коррупцией ничего нельзя сделать без политической воли. А ее мы, к сожалению, не видим. Сейчас к общему относятся, как к чужому.

В целом с коррупцией возможны два варианта развития событий: самодержавный и общественный. Общественный вариант – это реальная демократия, глубокий общественный контроль, многоуровневость контрольной системы, Счетная палата у оппозиции.

Кстати, самодержавный вариант тоже не отрицает такой сложной системы. Иначе, все сведется к известной по историческому анекдоту фразе Николая Павловича, обращенной к своему сыну, наследнику престола: «Мне порой кажется, что во всей России только ты да я не воруем».

Китайские госзакупки и «закупочные тролли»

– А с госзакупками — стало ли лучше после того, как ввели тендеры и сделали их публичными?

– Закон № 94 ФЗ «О госзакупках», с одной стороны, принес много пользы, с другой стороны, от него неисчислимое количество вреда. Закон необходимо полностью переделывать.

– Что не работает?

– Принцип покупки всего госпредприятиями и учреждениями только с аукциона и только по минимальной цене – это колоссальный ущерб качеству. Колоссальный.

– Почему?

– Приведу пример. Илизаровский институт в Кургане, где кости выпрямляют и удлиняют, – уникальное учреждение. Аналогов в мире практически нет, наши изобретения, наши инновации. Директор института сидит и плачет: «Я по этому ФЗ не только на бюджетные деньги, но и даже на свои заработанные должен покупать все лекарства, все эти штыри – самые дешевые. То есть строго китайские. Вы хотели бы себе китайские поставить? А я могу купить только китайское, потому что оно самое дешевое и самое плохое. Но формально соответствует требованиям».

Как строятся дороги в регионах – плачут уже все губернаторы. Объявляем тендер, его выигрывает фирма, предложившая самую бросовую цену. Потом выясняется, что это московская контора «Рога и копыта» – директор, и в лучшем случае, бухгалтер. Они приезжают и говорят: «10% мы оставляем себе, а теперь стройте сами. Кто у вас тут из местных все это будет строить?»

Организация этих аукционов, конкурсов, бумаг пожирает огромное количество времени. Средства выделяются с большой задержкой. Цена спускается ниже плинтуса, качество работ страшно падает, возникает куча посредников, появилась целая банда – «закупочные тролли», которые занимаются только тем, что влезают во всевозможные аукционы. А потом либо выигрывают аукцион, либо шантажируют реальных участников, что сорвут аукцион. Требуют «откат» за неучастие.

В общем, несовершенна эта схема.

– Какая схема была бы лучше?

– Если бы контроль за расходом бюджетных средств осуществлялся не теми, кто расходует, а оппозицией, это было бы гораздо эффективнее. Они бы точно рылись в каждой операции. Если бы СМИ были максимально независимы от государства… Государство вообще должно сегодня уйти из многих контролируемых областей.

– Это разве отвечает его интересам?

– Это отвечает интересам разумного государства, которое не хочет быть колоссом на глиняных ногах. Свобода слова, несомненно, в интересах государства, которое способно к оперативному реагированию на проблемы. СМИ должны критиковать, говорить о проблемах, активно обсуждать их.

СМИ, «гайки» и цензура

– СМИ не должны поддерживать и оправдывать существующую политику?

– Это когда идет война, то они могут быть только солидарными и заниматься, простите, пропагандой. А в мирное время СМИ – это зеркало, оно должно выявлять и показывать проблемы.

– В связи с организациями протестных настроений через социальные сети вы прогнозируете закручивание гаек в отношении интернета?

– Я думаю, что это технически невозможно. Опыт Китая по ужесточению контроля за интернетом сильно демонизирован. Я был в Китае. Там везде интернет отлично работает. Я не испытывал никаких проблем с выходом в сеть – ни в Шанхае, ни в Пекине.

Закрыть можно, только отключив свет. А если мы отключим свет, через неделю провалимся в каменный век.

Самый правильный способ навести порядок в информационной сфере — не закручивание гаек, а появление общественного совета по цензуре. Пусть он будет назван как-то более мягко, но суть его должна быть именно в этом.

Общественный совет по нравственности нужно формировать, как общественную палату. Там должны быть депутаты, издатели, публицисты, лидеры мнений, режиссеры, врачи, которые бы говорили, что те или иные средства массовой информации, проекты являются безнравственными и вредными для общества и рекомендовать эти проекты закрыть.

Подобного рода меры были бы более эффективны, потому что, во-первых, носили бы рекомендательный характер, а во-вторых, были бы независимы от государства.

– Наподобие французского аудиовизуального совета по нравственности?

– Да. Во Франции, в Англии есть такие советы. Они вплоть до рекламных роликов снимают с эфира. Формально исполнять все предписания не обязательно, но пара случаев неисполнения и все это дело уже поступает в орган, который выдает частоты. Сериалы, подобные “Школе”, не были бы показаны больше 1 серии. А у нас разговоров много, но заканчивается ничем.

– Встает вопрос о критериях оценки того, что такое нравственное…

– Нравственность — вообще вещь субъективная. Поэтому и предлагается, чтобы был не один верховный цензор или верховный жрец. Пусть это будет общественный орган, понятно формируемый и периодически обновляемый.

Самые дешевые шестисотые из шестисотых

– Как в описанную Вами схему госзакупок укладываются покупки 600-х мерседесов и прочих предметов роскоши? Самые дешевые шестисотые мерседесы из шестисотых мерседесов?

– Не спрашивайте. Здесь должно быть введено правило, что все госведомства и госпредприятия могут покупать только автомобили, произведенные на территории России. Точка.

Дальше вводится своего рода норматив для роскоши. Постановление Правительства: министр ездит на отечественном автомобиле класса седьмой BMW, произведенном на территории России – например, в Калининграде. И далее по табелю о рангах: уровень ниже – автомобиль класса Тойота – Камри, затем Форд-фокус, КИА, Кларус, ВАЗ, ГАЗ. Все.

– Так никто не захочет идти во власть.

– Почему не захочет? Впрочем, если кому власть нужна, только чтобы ездить на дорогих машинах, то и не надо. Это система кривой мотивации за работу.

Меня как Председателя комитета Госдумы по культуре обслуживал автомобиль Ауди-8 Лонг. Сколько он стоит денег, страшно даже представить, сделан в славной Германии. Зачем депутату, даже руководителю комитета Ауди-8 Лонг? Я понимаю, что Председателю Думы, заместителю Председателя в ранге вице-премьеров, наверное, положено было бы иметь представительский автомобиль, произведенный на территории РФ. Но почему Ауди-8, вы мне объясните?

Моя личная машина сделана в России – я принципиально купил российскую машину. Мы боремся за сохранение отечественного автопрома. Это можно делать путем всяческих дотаций, льготных кредитов АвтоВАЗу и прочее, прочее. Очевидный же, простой способ – запретить госзакупки иностранных автомобилей.

– Вот Немцов уже пересаживался на Волгу…

– Необходим комплексный подход, нацеленный не на внешний эффект, а на системные изменения.

В Кургане есть большая фабрика, которая занимается производством отечественных лекарств. Совершенно понятно, что условием эффективности ее работы является закрытие отечественного рынка от части индийской и китайской продукции, потому что конкурировать с индийцами невозможно. Там, извините, работник набедренную повязку надел, у него 200 долларов зарплата — и он счастлив. А если еще учесть, что все эти фабрики построены крупнейшими западными концернами по всем их технологиям с низкой себестоимостью производства, то точно бесполезно конкурировать. Дальше смотрим, есть ли у нас такие лекарства в России, запрещаем ввоз аналогов. Через год будет не 2-3 аналога, 20 предприятий будут лекарство выпускать.

Я как-то беседовал с одним израильтянином, он рассказал (правда, я не проверял подлинность истории), что в Израиле была большая проблема с молочными продуктами – все завозилось по импорту. Местное производство было ничтожным и не могло конкурировать с Данонами. Тогда Власти просто запретили ввоз молочки в Израиль, вообще. Что произошло? Цены на молочную продукцию поначалу взлетели. Но темпы развития израильской молочной промышленности стали бешеными. Все занимаются коровами. Там говорят: “Еще пара лет, и у нас будут общеевропейские нормальные цены, зато все будет свое”. Но надо принять политическое решение — и потерпеть.

ВТО – зло?

– А мы тем временем вступили в ВТО, что означает, насколько я понимаю, обратную ситуацию – не закрывать рынок от зарубежного, а открывать.

– Я не очень понимаю историю с ВТО, надо изучать условия вступления. Их должна ратифицировать Госдума. Пока этих условий никто в деталях не видел, кроме команды переговорщиков. Так что давайте дождемся их публикации.

Меня только одно чуть-чуть успокаивает: мы вступали в ВТО очень долго. Когда осуществлялась приватизация, все было сделано молниеносно, легко – тысяча американских советников объясняла нам, как скоро и споро это надо делать. Итоги известны.

В ВТО мы вступаем 15 лет, и все иностранцы только то и делают, что мешают нам в него войти, под всяческими предлогами. Может быть, исходя из этой логики, вступление в ВТО будет нам полезно?

Кому давать министерский портфель?

– Как Вы считаете, на должности министра должен быть специалист, человек из профильной области или это может быть человек из любой сферы? Может ли быть Министром обороны, скажем, журналист?

– Может. На этом месте должен быть человек, во-первых, с идеологией и, во-вторых, с умением прислушиваться к профессионалам. На мой взгляд, лучшим министром МВД России за все годы был Грызлов. Кстати, его план реформы МВД гораздо лучше того, что мы имеем сегодня. Правда, стоило ему представить этот план, как его перевели на другую должность.

А министром культуры кто должен быть по «профессиональной логике»? Библиотекарь? Или обязательно работник музея? Балетмейстер? Нет.

Культура-поп

– Мы неоднократно говорили сегодня о СМИ, о культуре. Но если посмотреть раздел «Культура» в СМИ – вы увидите там новости шоу-бизнеса – именно бизнеса. Новости культуры: Пугалкины поженились, другие развелись, третьи купили дом в Париже. Как вы оцениваете эту ситуацию и видите ли какие-то пути ее изменения?

– Культура в массах вытесняется даже не поп-культурой, а, простите за грубость, жоп-культурой.

Нужно искусственно ограничивать вот эту жвачку, эту раковую опухоль бескультурья и безнравственности.

Необходима система государственной защиты важных для народа ценностей. Если сознательно не пропагандировать, не развивать, например, спорт, физкультуру, то возобладает естественное человеческое стремление лениво возлежать с пультом у телевизора. То же самое и не с физ-, а просто культурой.

Должен быть государственный заказ на архитектуру, на скульптуру, на кино, на подготовку специалистов по культуре. Бизнес не способен генерировать эти вещи, и именно в этой сфере должно быть больше государства.

– Если существует государственный заказ, то как избежать того, что бездарности будут снимать фильмы? Ведь ситуация с «Высоцким» может точно так же возникнуть в области госзаказа. Не скажется госзаказ отрицательно на качестве?

– Посмотрите американские фильмы, которые явно появились по госзаказу. От “Спасти рядового Райна” Спилберга до “Патриота” Гибсона. Это бюджетные фильмы – не в том смысле, что дешевые, и не в том, что их создание прописано строкой в бюджете. Конечно, у них были какие-то спонсоры, их появлению предшествовали какие-то договоренности. Вашингтонская элита сказала «надо», Голливуд ответил «есть». Но это очень успешные коммерчески, однозначно, мероприятия. Я уже не говорю про фильмы, сериалы ВВC — все бюджетное.

Христианин в политике

– И в завершение – как Вы оцениваете участие православного человека в политике? Сегодня среди очень многих православных распространено мнение, что надо возделывать мир вокруг себя, а политика – дело грязное, надо полагаться на волю Божию.

– Воля Божия реализуется через деяния человеческие. Ждать грома, молний, землетрясений – эта позиция абсолютно не христианская. Эта позиция предполагает, что зло должно твориться, а мы должны от этого отстраниться. Тогда я доведу эту точку зрения до абсурда: православный человек должен уйти в лес, сидеть в землянке, молиться и питаться травкой.

А ведь чем занимался Христос? Он проповедовал свое учение. Он ходил по стране. Он вступал, между прочим, в конфликт с власть имущими. Не в их плоскости, а в Своей. Это тоже политика, и ведь не случайно римские власти предъявили Ему именно политическое обвинение.

http://www.pravmir.ru/vladimir-medinskij-o-politicheskoj-perspektive-v-sovremennoj-rossii/