Сразу после октябрьского переворота руководство большевистской партии приняло решение о строжайшем соблюдении абсолютной тайны жизни руководящего ядра партии с постепенным его возвеличиванием вплоть до полного обожествления! При полном игнорировании действительности.
Постоянно цементируемая пропагандой легенда о «человечнейшем из людей» напрочь вытеснила из сознания старшего поколения реальный образ очень жестокого и безжалостного политического экстремиста с руками по локоть в крови. Организатора массового уничтожения собственного народа и создателя планов истребления населения почти всей Европы в стремлении к мировой революции («Даешь Варшаву, даешь Берлин!»).
Советский суд сурово судил за уклонение от общественно-полезного труда и тунеядство. Но сам Ильич бабочкой порхал из парижских отелей на швейцарские курорты, хотя вряд ли смог бы доказать даже гуманной украинской налоговой инспекции законность получения своих более чем солидных доходов. Их хватало и на обеспеченную закордонную жизнь центральных органов партии, издание и транспортировку прессы, закупку и перевозку оружия, оплату услуг на территории империи боевиков и агитаторов. Для справки: молодой русский офицер в то время получал 48 рублей, большевистский агитатор в тылу — 500!
Не будем опускаться и до описания милых шалостей Ильича с Инессой Арманд и иными прелестницами в парижских будуарах. Не стоит говорить и о культурном отдыхе членов большевистской верхушки в самый разгар гражданской войны на швейцарских курортах, где они поправляли здоровье, слегка пошатнувшееся от бесконечного визирования расстрельных списков. Не будем также подробно останавливаться на организации Лениным в вымирающей от голода стране спецпитания для руководства партии и правительства на уровне мировых стандартов с поправкой на российский менталитет (грибы, икра, красная рыба, водка и т.п.). Народ, конечно, кое-что знал, о чем-то догадывался, но даже представить себе не мог истинного уровня и масштабов этого позорнейшего для партии явления. В марте 1919 года в Москве состоялся 1-й конгресс Коминтерна (штаба мировой революции), для делегатов которого Ленин подписывает продовольственную накладную: «…икры — 110 пудов, поросят молочных — 800 штук, рыбы красной — 200 пудов…».
Ленинский принцип ведения дискуссии сводился к попыткам смешать противника с грязью. Вот основной набор «мудрейших» ленинских аргументов в споре с оппонентами: холуй, наймит, лакей, подонок, предатель и, наконец, политическая проститутка. Перед революцией в октябре 17-го свободная российская демократическая пресса открыто называла Ленина немецким шпионом. Интересно, что ни сам Ленин, ни его партия ни разу даже не попытались опровергнуть в суде эти позорные для политика и оскорбительные для гражданина обвинения.
Сейчас становится все более очевидным, что революция задумывалась Лениным как гигантская финансовая операция по овладению всеми ресурсами Российской империи. Задача Ленина и Ко сводилась к тому, чтобы обмануть народ, внушив ему надежду на лучшую жизнь. А обманув, заставить его же трудовыми мозолистыми руками расчистить дорогу большевикам от всех соперников и конкурентов в грандиозной битве за несметные богатства великой державы. Спрашивается, зачем в ночь переворота отряды антиправительственных мятежников в первую очередь захватили Государственный банк, почту и телеграф? Ведь там нет оружия, столь необходимого для продолжения революционной борьбы? Оказывается, сразу после захвата этих учреждений, представлявших единый комплекс для перевода денег за рубеж, последовала грозная команда «именем революции!» немедленно начать перекачку финансовых средств на заграничные счета «благодетеля» народа Ленина, его супруги Надежды Крупской. Вождь не был мелочным, и аналогичное указание было дано и относительно Троцкого, Дзержинского, Зиновьева, Каменева, Бухарина. На каждое из перечисленных имен ежемесячно переводились миллионы рублей золотом.
Своему соратнику Бонч-Бруевичу Ильич заявил: «А на Россию мне наплевать, ибо я — большевик, Россия — г…о, главное — мировая революция, ради которой мы не пожалеем 90 процентов населения страны!» И ведь эта бредовая идея претворялась в жизнь (а точнее — в смерть) с поистине большевистским остервенением. Коммунисты под бодрящие революционные марши гробили славян миллионами. В том числе в Тамбовской губернии — боевыми отравляющими газами, в Кронштадте — топили подо льдом и т. д. В итоге ко дню смерти Ленина население бывшей Российской империи уменьшилось на 35 процентов.
Придя к власти, Ленин с удивлением обнаружил, что народ не хочет кормить расплодившиеся орды комиссаров и чекистов. Изобретательный «человеколюб» тут же предложил при малейшей попытке сопротивления реквизициям продовольствия брать заложников из местного населения (практика, запрещенная международными соглашениями), в основном женщин и детей, не церемонясь с ними.
По заключению врачей, вождь был психически неуравновешен, периодически впадал в «раж» (состояние истерической возбужденности), сменявшийся периодами полнейшей апатии. Посмертное вскрытие черепа Ленина показало, что левое полушарие его мозга давно ссохлось, превратившись в подобие маленького черного ореха, правое было почти полностью заизвестковано. И мы никогда точно не узнаем, в какой степени прогрессирующая болезнь мозга наложила свой страшный отпечаток на многие ленинские беспощадные решения о зачастую совершенно безосновательных массовых казнях, расстрелах и повешениях. На медицинском консилиуме 30 мая 1922 года светила медицины предложили Ленину… умножить 12 на 7. Три (!) часа он не мог решить эту задачку! А всего через несколько месяцев после этого «упражнения», в августе 1922 года Ленин выступает инициатором массового изгнания за рубеж лучших представителей русской интеллигенции — гордости, цвета и надежды нашей науки, культуры, в том числе и будущего лауреата Нобелевской премии Ивана Бунина.
Рабочие после революции, став «полными гегемонами», мерзли в своих нетопленых квартирах. У их «гениального» вождя не хватило способностей даже организовать заготовку дров. И это в России, тогда покрытой лесом, еще не уничтоженным ради великих строек социализма.
Как теоретик, Ленин высказал ряд очень глубоких мыслей (о необходимости союза коммунистов Европы с могучим Китаем, о неизбежности Соединенных Штатов Европы и т.д.). Были и здравые политические решения, например, тот же Рапалльский договор между РСФСР и Веймарской республикой, заключенный 16 апреля 1922 года во время Генуэзской конференции. Этот договор означал срыв международной дипломатической изоляции РСФСР и предусматривал немедленное восстановление в полном объеме дипломатических отношений между РСФСР и Германией. Но в главном Ленин оказался, к сожалению, слеп, приняв младенческий крик нарождающегося империализма за его предсмертный хрип. Именно отсюда многочисленные ошибки в выборе тактики и стратегии.
И красный террор был всего лишь прикрытием всероссийского грабежа «по-черному». Награбленное надо было куда-то девать, найти ему рынок сбыта, и 26 октября 1920 года вождь подписывает декрет о продаже антикварных ценностей за границу, положив начало легализации схемы «товар—деньги», где товаром стало национальное достояние России, создававшееся веками. А получаемые за него бешеные деньги превратились в один из источников «золота партии» в зарубежных банках.